Печальная история милого Ги…

Великий писатель, человек с аристократическими замашками, донжуан, любовный список которого включал более 300 женщин…С этим именем связана целая эпоха, хотя жизнь его не была долгой. Он скончался в 42 года недалеко от Парижа в психиатрической больнице.

Расплата за легкомыслие

Почти половину своей жизни Мопассан страдал от болезни, которую в те времена еще не умели лечить. С 70-х гг. XIX в. и вплоть до начала 20-х гг. следующего столетия сифилис собирал богатую жатву в Европе. Особенно распространен он был среди представителей творческой интеллигенции. Этим недугом страдали Гоген и Тулуз-Лотрек, Ван Гог и Мане, Доде, Бодлер, Ницше. Мопассан заразился сифилисом, когда ему было около двадцати пяти от одной из своих многочисленных подружек. Примерно через год появляются первые симптомы: у Мопассана начинают бурно, порой целыми клоками, выпадать волосы. Тургенев отмечал, как бедный Ги лишился всей растительности на теле. Он считал его все таким же милым, но не мог не заметить, как тот подурнел собой. А вот что пишет сам Ги одному из своих друзей: «У меня сифилис, наконец-то настоящий, а не жалкий насморк…».

Ему прописывают цианистую ртуть и йодистый калий — так тогда лечили сифилис. Однако со временем этот диагноз практически исчезает из лексикона врачей, лечивших Ги. Сильнейшие головные боли, желудочные недомогания, прогрессирующую слабость зрения они объясняют вспышками инфлюэнцы, невралгией, мигренями и различными неврозами. Они и подумать не могли, что все эти проявления могут быть следствием сифилиса Горячие души и ванны, лучшие минеральные источники и spa-курорты Франции и Швейцарии — Мопассан испробовал все. Безрезультатно. Его работоспособность падает, а ведь он должен был сочинять, чтобы поддерживать уже ставший привычным образ жизни, помогать матери и младшему брату Эрве.

Эрве… Ги очень переживал из-за брата, который тоже был серьезно болен. Эрве заразился сифилисом еще во время службы в армии, и вскоре болезнь стала отнимать у него разум. Он стал опасен для окружающих, и Ги вынужден был поместить его в психиатрическую больницу. Крики брата, бьющегося о решетки своей комнаты, с тех пор часто звучали ушах Ги по ночам.

 

Навстречу тьме

Болезнь постепенно подтачивает силы писателя. Усиливаются боли. От них спасают только наркотики — морфий и эфир, к которым он достаточно быстро пристрастился. Правда, физически Мопассан еще довольно крепок. Влечение к женщинам у него также не ослабевает, однако тяжелые отеки и глубоко запавшие глаза очень изменили его лицо. Но сильнее всего поражена его психика. Он страдает от кошмаров и галлюцинаций. Прием наркотиков делает эти приступы еще более мучительными. Мопассан понимает, что сползает в безумие. «Я не хочу пережить самого себя», — пишет он одному из друзей. Если речь идет о выборе между смертью и безумием, считает Ги, колебаниям не должно быть места. Ведь он больше не может не только творить, но даже здраво размышлять.

В ночь на 2 января 1892 г. Ги в своей квартире в Ницце вынимает из ящика письменного стола револьвер и, приставив ствол к виску, нажимает на спусковой крючок. Но вместо выстрела раздается лишь негромкий щелчок бойка. А дело в том, что накануне Ги из этого самого револьвера через окно палил по прохожим, вообразив, что это — его враги, и его слуга Франсуа, встревоженный состоянием хозяина, потихоньку разрядил револьвер. Ги хватает нож для бумаги и пытается перерезать себе горло, ему не удается это сделать, он бросается к окнам, стараясь сорвать с них ставни, чтобы выброситься на мостовую. Проснувшемуся от шума Франсуа с помощью дюжего матроса удалось скрутить его, а потом как-то успокоить. Следующие несколько дней Ги проводит под «домашним арестом», т.к. его мать, Лора де Мопассан, стараясь избежать скандала, не решается сразу согласиться на помещение Ги в психиатрическую клинику. В конце концов, ей все-таки приходится пойти на этот шаг. В психиатрической лечебнице периоды относительного спокойствия все чаще перемежаются со вспышками буйного гнева и бреда.

 

Обретение покоя

Смерть освободила Ги де Мопассана от земных мук 6 июля 1893 г. Последними его словами были: «Тьма! О, тьма!»

Писателя хоронили на парижском кладбище Монпарнас. Присутствовало множество выдающихся представителей творческой интеллигенции, в т.ч. скульптор Роден и Дюма-сын. Прочувствованную прощальную речь произнес Эмиль Золя. В своем завещании Ги просил похоронить его без гроба. Он желал, чтобы его прах скорее смешался с землей. Словно в насмешку, его тело положили в тройной гроб из дуба, сосны и цинка. Зато другая часть его завещания была выполнена точно. Большую часть своего состояния Ги оставил своей маленькой племяннице — дочери Эрве.

Комья земли с глухим стуком падали вслед за опущенным гробом. «Какая судьба, — повторял Дюма. — Какая потеря для литературы! О, какой это был гуляка!»

Любопытно:

Актуально: